Назад
На главную страницу

Археологические культуры в Предуралье и Поволжье.

Россияне

... Русские знали Булгаров и Мордву с самых первых пор образования русскаго государства. Из тех же арабских писателей мы знаем, что Русские жили между Булгарами; наши летописи свидетельствуют, что как мирныя торговыя сношения, так и столкновения враждебныя Русских с Булгарами происходили в продолжение всего удельнаго периода. При этих случаях Русские почти постоянно проходили чрез Мордовскую землю.

Но известия о водворении Русских в здешнем краю относятся уже к периоду монгольскому. В XIV столетии, с усилением князей нижегородских, они распространили власть свою в земли Мордовской до верховьев Суры, которая, как видно, служила границею со стороны ордынских владений. Впрочем, в эту пору кроме города Курмыша и еще, быть может, немногих уединенных хуторов или сторожевых пунктов, нижегородские князья (особенно Борис Константиновича Городецкий, 1356-1392) ничего здесь не завели. По всей вероятности, здесь русская колонизация не простиралась далее реки Алатыря, а на правый берег Суры, положительно можно сказать, она не переходила до последней четверти XV столетия.

Таким образом оказывается, что колонизация Русских началась с северо-западнаго угла губернии и оттуда постепенно спускалась ниже, более или менее расширяясь в стороны. Попытки эти были довольно не значительны, так сказать робки, потому что каждые шаги надобно было отстаивать силою: далее начиналась "орда", правда уже потерявшая свое прежнее грозное величие, раздробленная и терзаемая внутренними кровопролитиями; но все еще опасная и даже страшная по ненасытной наклонности к грабежу. Покорение Казани и Астрахани, предоставив во власть Москвы все течение Волги, дало Русским твердую опору по крайней мере в ограждении себя от нашествия новых орды из степей приуральских, откуда испокон века являлись все страшные завоеватели. Неизвестно с относительною точностью, когда именно, но несомненно, что в довольно скором времени после покорения Казани и Астрахани, на левом берегу Волги основаны были городки Самара и Саратов, а на одном из волжских островове Царицын; на правом же потянулась линия сторож, служивших соединительными звеньями между упомянутыми городами.

С этого времени, то есть со второй половины XVI века, водворение Русских в пределах Симбирской губернии делается заметнее. Еще в царствование Иоанна Грознаго возник город Алатырь, а из него на Суру и на Барыш начали высылаться наблюдательные разъезды и места обычных их стоянок, мало-по-малу, обратились в постоянные острожки, под прикрытием которых, без сомнения стали заводиться кое-где и хутора земледельческие и промышленные. От Алатыря в направлении к Самаре, а оттуда на Яик, проторилась дорога (одна из самых бойких, как было замечено выше, стр. XV) и по сторонам ея также начали селиться Русские. Так, например, известно, что село Чамбул или Собакино (№ 1415), в Сенгилеевском уезде, основано было дядею третьей жены Грознаго, урожденной Собакиной, на пожалованных ему землях. Вообще раздача земель в собственность боярам и монастырям очень много способствовала к заселению края.

Конечно, эти поселки были редки, немноголюдны и стояли они раскиданно, или в глуши лесов, или окруженные селениями инородческими, и существовали они лишь под защитою воинских людей, стоявших в острожках, потому что опасностей грозило много и с разных сторон. Власть русская еще не упрочилась здесь окончательно и утверждалась медленно: против нея возставали остатки орд татарских, с ними соединялись Мордва и другие инородцы, происходило сильное брожение и в массе русскаго люда, взволнованнаго первоначально идеею защиты законнаго наследника Русской Короны, а впоследствии, так сказать, втянувшагося в смуты, одуревшаго от дикаго разгула страстей и воли, от возможности достижения власти и прибытка. Шайки вольницы и голытьбы, всегда державшияся на Волге, в конце XVI века особенно усилились, по случаю отнятия у крестьян права "Юрьева дня" и закрепления их за помещиками; а общая неурядица периода самозванцев еще более способствовала образованно их. Дикия ущелья приволжских гор, особенно на Самарской Луке, покрытыя лесом, давали таким скопищам самый удобный и надежный приют. С вершины какого-нибудь Молодецкаго Шихана или кургана Девичьяго, разбойники, как хищныя птицы, следили за появлением проходящих по реке судов, бросались в свои "струги" (лодки) и налетали на пловцов с своим грозным окликом "сарынь на кичку" - от, котораго, в суеверном страхе, судорабочие повергались ниц, без сопротивления; если случалось, что судно успевало убежать от преследования, разбойники не теряли надежды настичь его на своих легких лодках - они поднимались вверх по речке Усе, протекающейпочти поперек луки, потом переволакивались в Волгу и с тем же "сарынь на кичку"- встречали суда. Еще чаще, такия переправы делали разбойники с южной стороны луки на северную. От того и стоящее здесь село носит название Переволоки или Переваловки(№ 1424). Местные жители и теперь указывают на Самарской Луке много становищ различных шаек, между прочим в селениях Ермакова и Кольцовке (№№ 1457 и 1460) признают жилища знаменитых покорителей Сибири- Ермака Тимофеевича и его подручника Ивана Кольца. При селе Ундорах (№ 47), в 30 верстах выше Симбирска, существуют остатки земляных окопов, служивших укрепленным становищем какому-то "воровскому" атаману Герасиму. Другия прибрежныя местности, особенно в Жегулях, связаны с преданиями о Стеньке Разине. Существование шаек грабителей на Самарской Луке прекращено только в недавнее время; а укрывательство одиночных бродяг и раскольничьих пустынников в береговых пещерах продолжается и ныне.

Впрочем не одни бездомники, недобрые люди держались на волжском берегу: богатства естественныя, удобства рыбной ловли, месторождения горючей серы, соляные ключи также привлекали сюда и предприимчивых промышленников. Так известно, что торговый человек Наум Светешников и его сын Семен, в царствование Михаила Феодоровича, завели близ устья речки Усы соляныя варницы, получившия название "Надеинскаго Усолья" (№ 128); а позднее, близ нынешняго села Ширяева Буерака (№ 1452) началась разработка серы, давшая повод к тому, что это село и ныне называется иногда "Серным городком", хотя разработка серы давным давно оставлена. Надеинския соляныя варницы впоследствии отданы были в вотчину Саввину Сторожевскому монастырю. Старцы монастыря, являвшиеся сюда в качестве управителей вотчиною, особенно келар Леонтий Моренцов, сумели захватить земель верст на двести протяжения и начали селить здесь Мордву, Чувашей и беглых крестьян и холопей. Таким образом с половины XVII века в приволжских частях нынешних Сенгилеевскаго и Сызранскаго уездов образовалось очень много поселков.

Правительство, охраняя безопасность государственных границ вообще, прилагало заботы в частности для обезопасения этих начатков колонизации, а с этою целию постепенно усиливало более и более линию береговых сторож. В первые годы царствования Михаила Феодоровича к этому побуждало еще опасение смут от Заруцкаго, пробравшагося в Астрахань, а потом на Яик, и поднимавшаго тамошних казаков и Ногайцев. Ногайские летучие отряды стали уже производить набеги на всю восточную украйну: одна из таких шаек проникла к самому Алатырю и ограбила окрестности. Тогда были отправлены из Казани стрелецкие головы Гордей Пальчиков и Сунгур Соковнин, из которых первому поручено было поставить острог на устье Усы и оттуда "Волгою вниз до Самары и Усою вверх посылати в легких стругех по часту", а Соковнину предписывалось ехать "до переволоки, где переволочатся с Волги на Усу-реку, и разсмотря крепкаго места, поставити острожек и в острожке укрепиться, а укрепясь стояти с великим береженьем, чтобы воровские люди безвестно откуды не пришли и дурна котораго не учинили, да и рыбных ловцов оберегать, чтобы их воровские люди не погромили".

Все эти острожки хотя выполняли свое назначение довольно удовлетворительно для тогдашняго времени, однако, с увеличением населения в края, они начали оказываться недостаточными, потому в особенности, что управление краем зависело от Казани. Таким образом в царствование Алексея Михаеловича признано было необходимыми построить здесь новый город, в котором находилось бы средоточие воинскаго наблюдения и гражданской администрации. Дело это поручено было боярину Хитрово и он в 4648 г. основал Симбирск или как прежде писалось (и гораздо правильнее) Синбирск. Город этот был укреплен по всем правилам тогдашней русской фортификации, а затем от него, по обычаю того времени, повели, в направлении к юго-западу, так называемую "Черту", то есть земляной вал со рвом, увенчанный деревянными тыном и сверху того защищаемыйпо местам засеками, башнями и острогами. Устроение этой "Черты" продолжалось в течение 1648-1654 годов; часть ея от Симбирска до Уреня называлась "Симбирскою"; а от Карсуна до Суры - "Карсунскою"; за Сурою, в пределах нынешней Пензенской губернии, она носила названия Черты Саранской, Инсарской, Потишской и проч. Остатки ея еще и ныне. довольно значительны, хотя вал и ров остаются без исправлений уже 150 лет. Прежние укрепленные остроги существуют теперь под именем "пригородов" и сел: Юшанск, Тагай, Урень, г. Карсун, Малый Карсун, Аргаш, Сурский Острог (№№ 147, 114, 124-5, 829, 986, 980); еще был острог у нынешней Тальской пищебумажной фабрики(№ 1011). В этих острогах помещался гарнизон, состоявший из стрельцов и казаков; кроме того служилые люди поселены были вблизи "Черты" в разных слободах, большая часть которых, как села и деревни, остались на своих местах до настоящаго времени: Арская, Тетюшская, Уржумская (№№ 112, 113, 130) и другия, своими названиями указывающия, откуда взялись первые поселенцы в них. В свою очередь и из этих слобод в последствии времени много семейств было выселено на новыя места, иногда весьма отдаленныя, например на Терек, где военная граница начала устраиваться также с XVII столетия.

"Черта", защищая северную половину Симбирской губернии от нападений кочевников, еще долго рыскавших в степях астраханских и саратовских, оказала весьма заметное влияние на заселение края к югу от "черты". Несмотря на страшную смуту, произведенную в здешнем крае появлением скопищ Стеньки Разина (а быть может, даже благодаря этим смутам, вне "Черты" более и более стало заводиться селений, так что в 1680-х годах потребовалось построение еще новаго города, именно Сызрана. От него, также как от Симбирска, устроена была новая черта, на восток доходившая до Усы, а на юго-запад вплоть до Суры, в пределах нынешняго Кузнецкаго уезда Саратовской губернии.

Население это, по выражению нынешних крестьян Сызранскаго уезда, было "всякий сбор да наволока". Действительно, оно состояло из выходцев, переселенцев и беглецов из разных частей государства. Выше было упомянуто, как заселялись земли Саввы-Сторожевскаго монастыря; тот же порядок продолжался и после весьма долгое время. Из актов XVII века видно, что в ту пору особенно много являлось сюда беглых с южной украйны: одни из них водворялись, а другие просто бродили шайками и занимались грабежом. Около Самарской Луки, село Рождествено (№ 1435) и окрестныя с ним деревни, именнo основаны беглецами из крестьян монастырских и помещичьих, а отчасти из служилых городовых людей разных мест. Преследуемые прежними владельцами, они или убегали на Волгу и на Яик, или укрывались временно, пока минует гроза, в лесах. С другой стороны и те из поселенцев, которые могли и желали оставаться на месте, прибегали к разным уловкам, чтобы уклониться от исполнения тех или других земских повинностей, большею же частью записывались в одни дворы с другими семействами, под именем "соседов, подсоседков, захребетников". Память об этом сохранилась и доселе; в народе говорят, что было время, когда "в одни ворота всадили по десяти дворов". Все эти обстоятельства служили причинами, что население здешнее, несмотря на все выгоды жизни, еще долго сохраняло характер непоседности. Например, жители упомянутой Рождественской волости, желая отстоять за собою остров, захваченный самарцами, в своей просьбе пренаивно угрожали, что они все разбегутся, если не будет уважена их просьба. И в самом деле жители этой волости чаще оставляли свои домы и перебегали куда-нибудь в другия места; да и заселение волости, как началось беглецами, так и продолжалось ими же. В 1706 году, по повелению Петра I, были отобраны у пензенскаго помещика, известнаго впоследствии дипломата графа Головкина, приписанные им в свои вотчины беглые люди в числе 700 душ мужескаго пола и водворены на Самарской Луке.

Артемьев А. И. Симбирская губерния 1859 г. Список населенных мест по сведениям 1859 г. (Номера населенных пунктов там же).