Назад
На главную страницу

П. Мартынов. Город Симбирск за 250 лет существования

I L. Симбирск в XVII и XVIII столетиях.

Прилагаемое к настоящей странице изображение прежняго города Симбирска составляет копию старинной гравюры, хранящейся в Архиве М-ства Иностр. Дел и относящейся, как надо полагать, к началу XVIII столетия, так как на ней показана вполне сохранившеюся стена рубленнаго города, а мы видели ранее (см. стр. 12), что уже в 1714 году Симбирская крепость была развалившаяся.— На этой гравюре г. Симбирск снят с северо-восточной стороны, с дороги из Сельдинской слободы в город. Выше мы видели, что гор. Симбирск, с первых же дней своего существования, сделался крупным административным центром для дальнейших действий правительства по заселению средняго поволжья русскими людьми и приобрел значение, особенно со времени прекращения разинскаго бунта, как важный пункт для влияния на низовыя и заволжския места. В виду этого, Симбирск стал быстро развиваться; сюда начали приходить и селиться многие из внутренних местностей России, чему не мало способствовала щедрая раздача правительством "порожней" земли около города, всем явившимся "на службу по городу Синбирску", благо свободной земли тогда было очень много. Из сохранившейся до нашего времени "строельной" книги" города Симбирска видно, что одновременно с построением города Синбирска и Синбирской черты, огромное пространство земли к северу от этой черты, было почти сплошь роздано боярскими детям, поселившимся в Симбирске и с тех пор получившими название "Синбирян".

Весьма естественно, что при таких благоприятных обстоятельствах, Симбирск вскоре - же сделался на столько значительным городом, по своими размерам и по количеству населения, что разинский погром не произвел на него большого влияния в этом отношении. Это доказывается результатами произведенной в 1678 году описи городу Симбирску и его уезду. Эта опись дает возможность ознакомиться как с количеством населения города Симбирска, так и с составом Симбирскаго общества, жившаго в то время на посаде, по следующим цифровым данным. (Перетяткович "Поволжье в XVII и начале XVIII века", стр. 216.

В городе Симбирске в 1678 году было: дворов: (В 1676 году прислан был в Симбирск Царский указ, о том, что Симбирским подъячим "за их службы и за осадное сидение, велено быть на площади, а опричь площадной службы служить не велено". (там же, стр. 216).

посадских....
178
в них жило людей 498 чел.
бобылевских..
326
836
площадн. подъячих
29
58
рыбных ловцов.
42
106
плотников
7
20
кузнецов
6
15
воротников
5
17
пороховаго дела
мастеров
4
12
балакирников**)
3
4
зверовщика
1
3
приказной избы
сторожей
4
10
Всего дворов
Bcего жителей
605.
1579 чел.

**) По всей вероятностн в числе трех дворов балакирников числился и двор выходца из г. Тетюш, Павла Иванова, родоначальника старейшей Симбирский купеческой фамилии Балакирщиковых. По преданию, сохранившемуся в семейных летописях нынешняго Симбирскаго городского головы, Павла Степановича Балакирщикова, их родоначальник Павел Иванов, еще в 1645 году поселился под горой и должно быть, занимался гончарным ремеслом, потому что с половины XVIII столетия его потомки приобрели фамилию "Балакирщиковых". Кроме того на Симбирском посаде находились еще дворы монастырей: Троице-Сергиевa, Спасскаго и Богоявленскаго Костромского, но в каком количестве и как велико было их население — в описи не показано.

Между посадскими людьми, площадными подъячими, рыболовами и кузнецами встречаются прозвища: "тетюшенин", "курмышенин", "нижегородец", "чебоксаренин", "москвитин" и др., указывающая на места, откуда явились первые поселенцы Симбирскаго посада. Такое значительное количество дворов в одном только посаде, не считая "рубленнаго города", образовавшееся лишь за 30 лет существования города Симбирска, служит весьма веским подтверждением предположения о том, что еще до основания Симбирска, на его месте, под горой, на берегу р. Волги было уже порядочное поселение, которое затем и вошло в границы Симбирскаго посада. В пользу такого предположения служит и большое количество (42) дворов лиц, занимавшихся рыбною ловлею.

Нельзя сказать, чтобы первоначальные жители гор. Симбирска были богаты, — на это указывает значительное преобладание бобылевских дворов над посадскими; надо полагать, что как новые, так, может быть и некоторые из прежних поселенцев, не успели еще, по крайней мере к данному времени, разжиться настолько, чтоб попасть в разряд посадских людей; этому способствовали не в малой степени как разинский погром, так и бывший осенью 1671 года большой пожар. Во всяком случае Симбирский посад с самаго начала был в значительной степени многолюден и именно здесь положено начало Симбирский общественной жизни; в рубленном городе были одни только казенныя учреждения и жили там одни только служилые люди; сообщение города, находившагося на горе, с посадом, расположенном под горой, было весьма затруднительно за неимнием хороших спусков. Правда, в городе были гостинные ряды, но они, как видно, внесли собою мало оживления — более ста лет подгорная часть была самою оживленною и торговою частью города и только в 1780 году, когда Симбирск возвели на степень губернскаго города, когда базар и гостинный двор перевели с венца за р. Симбирку, подгорье начало пустеть; тем не менее многие купцы еще оставались там жить в своих домах (у некоторых были каменные дома под горой) и только с развитием сборной ярмарки, купцы оставили подгорье, которое с тех пор стало одною из самых бедных частей города.

Выше было сказано, что гор. Симбирск, со времени его основания, управлялся воеводами. В то время, когда по Волге разгуливал Стенька Разин, для защиты Симбирска, тогда еще новаго города, назначено было, одновременно, два воеводы: стольник Михаил Львович Плещеев, воевода-распорядитель, заведывавший гражданскою частью управления и окольничий Иван Богданович Милославский, осадный воевода, которому была вверена только военная защита города и его уезда (Одновременное существование в городе двух воевод практиковалось не в одном только Симбирске. Так, в 1649 году в г. Туле были два воеводы: распорядитель — князь Василий Хилков и осадный — Лукъян Москотинев. Они ссорились из за местничества и Царь указал Москотиневу во всем слушать кн. Хилкова. (Попов. "Акты Московскаго Государства" стр. 252, № 401). В 1708 году, когда Царь Петр разделил Россию на 8 губерний, (Губернии эти следующия: 1) Московская, 2) Ингерманландская, 3) Киевская, 4) Смоленская, 5) Архангелогородская, 6) Казанская, 7) Азовская и 8) Сибирская. (Полн. собр. зак. т. IV, ст. 2218) Симбирск был причислен, в качестве провинциальнаго города, к Казанский губернии и в помощь к Симбирскому воеводе назначен обер-комендант, хотя вместе с этим было уничтожено существовавшее до того времени в Симбирск военное управление Симбирскою чертою. В 1716 году, вместо обер-коменданта, к Симбирскому воеводе были назначены в качестве "товарищей" два ландрата и два комиссара, а в 1719 году они были заменены одним комендантом; однако в 1721 году число товарищей увеличили и назначили: обер - ландрихтера с пятью асессорами, которых заменили, в следующем же 1722 году, двумя асессорами и двумя секретарями. Каким образом были распределены права и обязанности между воеводою и столь многочисленным и разнообразным штатом его "товарищей"— об этом сведений не сохранилось. Во всяком случае такой штат свидетельствует, что Симбирск хотя и состоял провинциальным городом, тем не менее считался одним из важных административных центров; его провинция занимала територию весьма значительных размеров: к Симбирску причислены были, в качестве пригородов, бывшие до того 14 городов: Белый Яр и Ярыклинск (оба за р. Волгой), Юшанск, Тагай, Уренск, Карсун, Малый Карсун, (ныне село Погорелово), Тальск, Аргаш и Сурский Острог (все по бывшей Симбирско - Карсунской черте), а также Алексеевск, Самара, Сызрань и Петровск. В 1717 году, указом от 22 ноября (Полн. собр. зак., т. 7, стр. 3119.) при новом распределении губерний, Симбирск, со всеми своими пригородами, вошел в состав вновь образованной. Астраханский губернии и числился в ней до 1728 года, когда был возвращен в Казанскую губернию, а в конце 1780 года, открыто было согласно "чреждению для управления губерний" изданному 7-го ноября 1775 года (Полн. собр. зак.. т. XX. стр. 14392.)

Симбирское Наместничество, каковое преобразование имело благотворное влияние не только на симбирскую общественную жизнь, но и на внешний вид города, так как незадолго перед тем (14 марта 1780 года), утвержден был новый план на город Симбирск. Указом Императрицы Екатерины II от 5 сентября 1780 года (См. Приложене № 6 наместничества (В Симбирских Губернских Ведомостях (от 5-го ноября 1897 года № 78) неизвестный автор исторической заметки поместил интересное письмо Казанскаго Губернатора Платона Зубова к Оренбургскому губернатору Рейнсдорну, от 27 октября 1779 года. В письме приведен, между прочим, указ Императрицы Екатерины II, где высказываются некоторыя соображения о границах и пространства предполагающагося Симбирскаго Наместничества. Автор заметки почему-то находит, будто из содержания этого письма вытекает, что Высочайшее повеление об образовании Симбирскаго Наместничества последовало еще в 1779 году; между тем как в начале же указа ясно и точно определяется, что Императрица "положила намеренie" учредить Симбирское Наместничество "в будущем" (т. е. значит в 1780) году, а прежде чем приступить к этому, признала нужными собрать от местных губернаторов предварительныя сведения. Кроме того, неправильность приведеннаго вывода прямо опровергается указом, последовавшим 15 сентября 1870 года и напечатанными в полном собрании законов (т. XX. ст. 15060) повелено было генерал-поручику князю Мещерскому, генерал-губернатору Симбирскому и Казанскому, открыть, в декабре того же года, Симбирское наместничество из 13 уездов: Симбирскаго, Сенгилеевскаго, Ставропольскаго, Самарскаго, Сызранскаго, Канадейскаго, Тагайскаго, Карсунскаго, Котяковскаго, Алатырскаго, Ардатовскаго на Алатыре, Курмышскаго и Буинскаго и по соглашению с соседними генерал-губернаторами, установить границы и распределить по уездам население этого наместничества. (Подробная карта Симбирскаго Наместничества хранится в библиотеке Симбирской Губ. Ученой Архивной Комиссии. Новые города были образованы: Тагай и Карсун — из пригородов, лежавших по Симбирский черте и населенных пахотными солдатами, Сенгилей — из села пахотных солдат, Канадей — из сел экономических крестьян, Ардатов — из сел дворцовых крестьян, Котяков и Буинск — из сел ясашных крестьян; остальные города и раньше были уездными. Население прежних уездов Казанской губернии распределено, по новым уездам Симбирскаго Наместничества, таким образом: Симбирский уезд — 23,731 душ мужск. пола, Сенгилеевский уезд — 22,192 душ, Ставропольский уезд — 25, 465 душ, Самарский уезд—21, 453 душ, Сызранский уезд 21,964 душ, Канадейский уезд — 22,042 душ, Тагаевский уезд — 22,863 душ, Карсунский уезд— 23,211 душ, Котяковский уезд — 23,577 душ, Алатырский уезд — 25,525 душ, Ардатовский уезд — 24,261 душ, Курмышский уезд — 25,908 душ и Буинский уезд — 23,743 душ; всего — 305,937 душ по третьей ревизии. (Масленников "Топографическое описание Синбирскаго Наместничества").

Во исполнение этого указа, князь Платон Степанович Мещерский прибыл в Симбирск и закрыв предварительно воеводскую канцелярию, 27 декабря 178о года, торжественно открыл Симбирское наместничество, в присутствии нарочно для сего приглашеннаго архиепископа Нижегородскаго и Алатырскаго Антония (Чревычайно пространная речь, произнесенная по этому случаю преосвященным Антонием, напечатана в Симбирском сборнике в 1870 году, стр. 95.). С тех пор в Симбирске начали действовать следующия присутственныя места: Губернское Правление, Казенная Палата, Палата Уголовнаго Суда, Палата Гражданскаго Суда, Приказ общественнаго призрения, Совестный Суд, Верхний Земский Суд, Верхняя Расправа, Губернский Магистрат, Уездный Суд, Дворянская Опека, Уездное Казначейство, Нижний Земский Суд, Нижняя Расправа, Городский Магистрат и при нем Сиротский Суд. Kokдню открытия Симбирскаго Наместничества, 22 декабря 1780 года, состоялось Высочайшее утверждение гербов для всех городов новаго наместничества. Из Сенатскаго доклада (См. приложение № 7.) по этому вопросу видно, что "правящий должность" герольдмейстера, действительный статский советник Волков, по приказанию Сената, сочинил новые гербы только для вновь учрежденных городов, остальным же городам наместничества оставлены были старые гербы. Профессор Лохвицкий "Губерния, ея земския и правительственныя учреждения" говорит, что для фантазии герольдмейстера Волкова открылось обильное поприще. Он сочинял гербы десятками за один раз, щиты делал очень богатые: золотые, серебрянные и лазуревые, а для герба избирал какой нибудь остаток древности, или предмет местнаго произведения, часто просто какую нибудь вещь, название которой было созвучно с названием города.

Для Симбирска оставлены был следующий прежний герб: на щиту, в синем поле, на белом четырехгранном пьедестале белая колонна, увенчанная золотою короною. Этот же герб приказано было считать гербом всего наместничества 5-го июля 1878 года Высочайше утвержден новый герб Симбирской губернии (Второе полное собр. зак., т. LIII, ст. 58684), представляющий из себя некоторыя дополнения и незначительныя изменения прежняго, именно: в лазуревом щите серебрянный столб, на которому золотая, украшенная двумя Андреевскими лентами, Императорская корона. Щит увенчан Императорскою короною и окружен золотыми дубовыми ветвями, обвитыми Андреевскою лентою.)

Таким образом представляется ошибочными господствующее и до настоящаго времени предположение, что Императрица Екатерина II пожаловала городу Симбирску, в 1780 году, новый герб, желая этим оказать ему особое Монаршее благоволение за двукратную храбрую оборону от разбойников: Стеньки Разина и Федьки Шелудяка и за верность присяге и верноподданическому долгу во время Пугачевскаго бунта. (Масленицкий "Топографическое описание Синбирскаго Наместничества". Симбирский сборник 1868 года, стр. ЗЗ. Симбирский календарь на 1879 г., стр. 43.) Несостоятельность такого предположения становится очевидною, если принять во внимание, что 1) за храбрую оборону, как от Стеньки Разина, так и от Федьки Шелудяка, Симбирские жители, оба раза, удостоились Царской милости: выше мы видели, что Царь Алексей Михайлович своевременно, каждый раз, посылал в Симбирск, к воеводе и всем служилым людям "спросить о здоровье и службу их похвалить", так что едва-ли представлялась надобность повторять это, да еще спустя сто лет; а) во время Пугачевскаго бунта Симбирское население, как мы увидим далее, осталось верным присяге только потому, что Пугачев прошел мимо Симбирска, гарнизон же его, вышедши для усмирения мятежников, не только изменил своему комендату, но даже убил его — так что за это хвалить не приходится и 3) в 1767 году Императрица Екатерина посетила гор. Симбирск и наш город произвел на нее неприятное впечатление: она осталась им недовольна за его задолженность казне и назвала "скаредным городом".

Равным образом оказывается тоже неосновательным существующее предположение о том, что когда город Симбирск получил в герб белый столб с золотою короною, то Симбирские дворяне стали называться "столбовыми". Правда, что это прозвище вошло в народную поговорку, когда кто либо хотел выразить про дворянина, что он происходит от древняго рода, но белый столб в гербе город Симбирска тут совершенно не причем, во первых потому, что герб дан не одним только дворянам, а городскому населению всех сословий, во вторых — столбовыми назывались не одни только Симбирские дворяне и в третьих — прозвище это появилось лишь в начале XIX столетия, по поводу совершенно другого обстоятельства, в котором действительно фигурирует столб, но только не из герба города Симбирска, а именно: в 1809 году вышел указ об устройстве грунтовых дорог; составлялись для них планы и профили и между прочим, приказано было обсадить все большия и коммерческия дороги березками, в четыре ряда, сажая одно дерево от другого на две сажени; причем на губернаторов возлагался главный надзор за точным исполнением указа. Работы начались с западной стороны России и очередь до Симбирской губернии дошла в 181? году, когда указ был дополнен и подтвержден; (Полн. собр. зак. т. XXXIV, стр. 27180), а в нашей губернии издавна было много помещиков, из которых большинство жило в своих вотчинах, многие из них ездили за границу, видели там шоссейныя дороги и понимали, что грунтовыя дороги, в нашем климате, всегда будут поглащать массу работы и все таки останутся скверными, сколько-бы раз ни переворачивали грязь лопатой с боку на бок.

Помещики знали, что без камня и щебня нельзя дороги укрепить так, чтобы они противустояли прогону гуртов, обозам, дождям и проч.; а так как все работы предстояло испольнить натуральною повинностею их крепостных крестьян, то понятно, что распоряжение о грунтовых дорогах приводило помещиков в безпокойство. Особенный же страх в устройстве дорог внушала необходимость обсаживать их березами в четыре ряда. Симбирская губерния, особенно по левую сторону Волги, в 1817 году уже не считалась богатою лесом; степи и поля часто далеко отстояли от воды; гурты и скотина гуляли повсюду, а зимнике бураны наносили такия сугробы снега, что валили плетни и заборы и ломали деревья. Прежде всего надо было купить в лесах высадки, выкопать их, перевезти на место, развешить линию, размерить дистанции и посадить; а затем надо их поливать привозной водой, часто за десять и более верст, возобновлять погибшия деревца, а также надо было оберегать молодыя аллеи от гуртов, от скотины и от проезжих, зимой и летом. Для сбережения высадков от скотины, приходилось городить заборы, или плести плетни, вдоль всей дороги, как с наружной стороны, от полей, где паслась скотина, так и с внутренней стороны, где гонялись гурты. Приходилось каждому селу городить дорогу на протяжении 5 – 10 верст,— а наша губерния только в длину иметь 550 верст. Исправники и становые не смотрели ни на сев, ни на страду - расправа тогда была короткая и много горя причинили эти березы.

В Симбирске в то время был губернатором князь Алексей Алексеевич Долгорукий, богатый Симбирский помещик, у котораго несколько имений тянулось вдоль большой Московский дороги. Спасая себя и губернию от тяжелой березовой повинности, он поехал в Петербург ходатайствовать об избавлении Симбирской губернии от обязанности усаживать большия дороги березовыми аллеями. Благодаря связям, ловкости, а главным образом, заступничеству Великаго Князя Николая Павловича, князь Долгорукий получил разрешение не усаживать березами большую Московскую дорогу, в пределах Симбирский губернии, а вкопать, по обеим сторонам этой дороги, сосновые столбы, на 50 сажен один от другого; причем составлены были рисунки этих столбов, определен их размер и приказано окрасить их в серый цвет, для отличия от верстовых столбов. Относительно же других больших почтовых дорог подтверждалось о неуклонном испольнении приказа о березах. О такой привиллегии, дарованной Симбирским дворянам, губернатор немедленно дал знать в Симбирск. Губерния торжествовала и все дворянство постановило дать бал в честь князя. Долгорукова, когда он возвратится. И действительно был устроен на славу и стоил баснословных денег; гости приехали из Москвы, Нижняго, Пензы и Казани; Пензенский губернатора прислал для бала свой оркестр. О великолепии этого бала долго говорили по всему среднему поволжью и прозвали его "столбовым балом". (Симб. Губ. Вед. 1894 г. №№ 28 и 29)..С тех пор и Симбирские дворяне стали называться тоже "столбовыми", как пользующиеся особою привиллегиею передо другими. Высочайший Указ от 30 декабря 1822 года. (Полн. собр. зак., т. XI, прилож., к ст. 29250a) Впоследствии эта привиллегия распространена была и на некоторыя другия губернии, а указом от 31 января 1845 года, распоряжение о посадке деревьев по большим дорогами и вовсе было отменено (Второе полн. собр. зак. т. XX. ст. 18688.).

Возвращаясь к истории герба города Симбирска, надо заметить, что еще при основании нашего города, Синбирской приказной избе дана была печать, с изображением льва, с короной на голове, стоящаго на задних лапах, обращеннаго в правую сторону и держащаго меч в правой передней лапе; этот же герб оставлен был в печати Синбирской Провинциальной Канцелярии, учрежденной в 1708 году и сохранялся, по всей вероятности, до тех пор, когда, при Императрице Анне Иoанновне, были сочинены Герольдмейстерским товарищем, графом Сантием, гербы для всех Российских городов и на полковыя знамена; (Полн. собр. зак., т. X. ст. 7442.) тогда-то должно быть Симбирск и получил новый герб, подтвержденный затем в 1780 году, при открытии наместничества.

Вновь открытое Синбирское наместничество, получив значение самостоятельной губернии, тем не менее, не имело своего отдельнаго губернатора или наместника, а оставалось некоторое время в ведении Казанскаго генерал-губернатора, а затем, по указу 13-го июня 1781 года, (Полн. собр. зак., т. XXI, ст. 15171) состоялось новое распределение губерний между генерал-губернаторами, по которому Симбирское наместничество, вместе с Уфимским, было подчинено одному генерал-губернатору, генерал-поручику Ивану Варфоломеевичу Якоби.

В 1783 году надворный советник Масленицкий, по поручению академии наук (Еше ранее, по указу 5 марта 1781 года, вследствие доклада директора академии наук Домашнева, отправлены были, от той академии, три экспедиции, в разные города, для снятия "астрономическими обсервациями" их широты и долготы; для второй экспедиции был иамечен, между другими городами, и наш Симбирск (Полн. собр. зак., т. XXI, ст. 15128). Неизвестно, состоял-ли Масленицкий в числе членов этой "астрономической" экспедиции, или он был послан отдельно специально для "топографическаго" описания нового намзстничества.) составил, согласно вопросным пунктам от кабинета Ея Величества, топографическое описание Синбирскаго наместничества (Тимофей Григорьевич Масленицкий был первым директором Симбирскаго главного народнаго училища, преобразованнаго потом в гимназию. Его замечательный труд "Топографическое описание Симбирского наместничества" долгое время был единственным источником для знакомства с Симбирскою губерниею. От него Новиков и Щекатов заимствовали сведения о Симбирске и Симбирский губернии для своих "географических словарей". Нам неизвестно - печаталось-ли это "описание" отдельным изданием, но извлечения из него были приведены в Симбирских Губернских Ведомостях за 1853 год. Так как сами Губернския Ведомости за означенные года составляют библиографическую редкость, то и труд Масленицкаго в настоящее время счень трудно достать. У весьма немногих лиц он сохранился в рукописном виде, благодаря совершенной случайности, Симб. Губерн. Архивная комиссия, получила возможность списать его, для xранения в своей библиотеке). В то время от прежняго "рубленнаго города" сохранились только остатки пяти деревянных, с таковыми же стенами, башен и кой где следы рва; укреплений никаких уже не было видно.

Еще в 1759 году обращено было внимание на то, что внутри России, во многих крепостях, "кои починкою содержать не положено и в ведомстве канцелярии Главной Артиллерии и фортификации не состоят", деревянныя и каменныя башни сильно обветшали и обвалились, так что не только под ними, но и мимо их, опасно было ходить и ездить; вследствие этого Сенат, указом от 30-го апреля 1759 года, (Полн. собр. зак., т. XV, ст. 10949.) разрешил губернаторам и воеводам означенныя башни разобрать и кирпич от них употребить на починку церквей и богаделен, а деревянныя постройки — изрубить на дрова. Когда именно окончательно уничтожены в Симбирске следы стариннаго "рубленнаго" города — об этом сведений не имеется. По описанию Масленицкаго, Симбирск, в течении ста сорока пяти лет своего существования, обратился в весьма значительный город; в длину он простирался на 1800 сажен, в ширину на 800 сажен, а в окружности на 11 верст и сравнительно с другими городами гораздо лучше выстроен. На венце в то время были следующия казенныя здания: деревянный дом для приезда архиерея; ко дню открытия наместничества построены четыре новых деревянных дома, один — для наместника и три — для судебных мест (последние — о двух жильях каждый); деревянный магазин, построенный в 1777 году для складывания провианта под учрежденный здесь, баталион; две кладовых для поклажи казны: одна небольшая, каменная, построенная в 1750 году, а другая, сделанная в 1783 году, в земле, с деревянными стенами; два небольших деревянных архива, каменный винный склад, построенный в 1773 году и питейных домов; старых 14, да в 1780 году построено вновь три; для обучения солдатских детей грамоте и арифметики, был куплен, еще в 1777 году, деревянный на каменном фундаменте дом; в этой гарнизонной школе в 1783 году, было 273 ученика.

Под горой в то время было: деревянная, на каменном фундаменте, больница, против церкви Петра и Павла, построенная в 1782 году и при больнице каменная богадельня, в которой призревалось тогда 30 человек неимущих; в приходе Смоленской церкви был деревянный, на каменном фундаменте, смирительной дом, выстроенный в исходе 1781 года и близ р. Волги 18 запасных деревянных амбаров, для хранения соли (Такое значительное число соляных амбаров объясняется тем, что продажа соли, еще с давних времен, составляла казенную монополию (вольная продажа соли разрешена лишь с 1812 года, Манифестом от 5-го ноября 1811 года), а на сколько велики были тогда запасы соли в городах, видно из указа от 7 февраля 1797 года, коим учреждена главная соляная контора. Этим же указом повелено "взять в уважение какую пропорцию соли необходимо иметь по губерниям и по запасным магазинам, так чтобы ея везде было без оскудения и без излишества". Сенат, собрав сведения, составил ведомость о размерах запаса соли в каждой губернии; по этой ведомости, для Симбирской губернии прежде полагалась пропорция в 574,352 пуда 20 фунтов соли, но по действительному расходу следует быть годовой пропорции — в 649,217 пудов, да в запасе полагается полугодовая пропорция — в 324,608 пудов; таким образом в соляных амбарах постоянно хранилось 973,825 пудов соли. (Полн. собр. зак., т. XXV, ст. 18703 и т. XXXI, ст. 24851 Не мудрено, что для хранения такого огромнаго запаса соли построено было 18 амбаров.).

Прочих казенных строений "по новости губернии" еще не построено (По плану на г. Симбирск, утвержденному 14 марта 1780 года, положено было застроить каменными казенными зданиями 4 квартала (на том самом месте, где была старая крепость); из коих — два для присутственных мест, на что ассигновали 200,000 руб. ассиг., а другие два — купеческими домами с лавками, на что пожаловано было Императрицею 25000 руб. ассиг.; однако постройка каменнаго гостиннаго двора последовала значительно позже и не на том месте, где первоначально предпологалось.). Приходских церквей было 15, из них только одна деревянная, кладбищенская во имя Св. Духа, ныне уже не существующая; кроме того был Троицкий собор и два монастыря: мужской — Покровский (каменный) и женский — Спасский (деревянный). Обывательских домов было 1400; из них каменных — 6, деревянных, на каменном фундаменте, выстроенных вновь по плану — 25. Деревянныя лавки торговыя, суконными и разными мелочными товарами, были выстроены немедленно по открытии наместничества, по левому берегу реки Симбирки (на месте нынешняго гостиннаго двора) в пять линий, всего 153 лавки, да за речкой Симбиркой 70 лавок в три ряда: рыбный, мясной и мучной.

Население города Симбирска, по сословиям, распределялось в то время следующим образом.

1
Дворян
101 муж.
47 жен.
2
Церковников
103
158
3
Купцов.....
289
302
4
Мещан.....
1716
2046
5
Цеховых...
1172
1254
6
Секретарей и приказных
121
89
7
Военных...
767
507
8
Детей обучающ.
в гарниз. школе
206
военных:
неопределенных в школу
98
9
Отставных солдат
115
173
10
Дворовых людей
помещичьих.
463
483
- за неимеющими деревень 138
161
за приказными служител. людей:
10
8
отписных за незнанием
помещиков
7
4
11
Сокольих помытчиков (государств. крестьян)
2
1
Итого:
5308 муж
5233 жен.
Всего:
10,541

(У Масленицкаго ошибочно подведен итог населения гор. Симбирска (5464 муж. и 5366 жен.).

Через десять лет население гор. Симбирска увеличилось на 26%. В время генеральнаго межевания, производившагося здесь

в 1793 году, в Симбирске было уже 13,3I7 жителей (7485 муж. и 5832 жен.), как это видно из экономическаго примечания к

генеральному межеванию гор. Симбирска; там общее число жителей распределяется по сословиям так.

Духовенства
190обоего пола лиц
Дворян
637
Военных
2836
Купцов
464
Мещан
408I
Дворовых
2653
Разночинцев
1456
Всего:
13 317

Указом Императора Павла 1 от 12 декабря 1796 года (Полн. собр. зан., т. XXIV, ст. 17684.), при новом разделении Российскаго Государства на губернии, Симбирск переименован в губернский город, а наместничество в губернию и 31 декабря того же года были установлены штаты нашей губернии. На основании этих штатов, губерния разделялась на 10 уездов: 1) Симбирский, 2) Сенгилеевский, 3) Ставропольский, 4) Самарский, 5) Сызранский, 6) Алатырский, 7) Ардатовский, 8) Буинский, 9) Карсунский и 10) Курмышский. Прежние уездные города: Тагай, Котяков и Канадей переименовывались в пригороды и уезды их были распределены между остальными. Одновременно с этим, Пензенская губерния была уничтожена и присоединена к Саратовской; но это оказалось неудобным и 26 октября 1797 года состоялся указ о новом разделении бывшей Пензенской губернии, между четырьмя соседними (Тамбовскою, Нижегородскою, Симбирскою и Саратовскою). На долю Симбирской губернии пришлись три уезда: Саранский, Шешкеевский и Инсарский. Затребованы были от всех перечисленных выше губернаторов сведения на счет такого распределения и бывший тогда Симбирский гражданский губернатор, тайный советник Толстой, в 1798 году, доложил Сенату, что он "приняв отделенные от бывшей Пензенской губернии три уезда. Саранский, Шешкеевский и Инсарский, в свое ведомество, и истребовав от Саратовскаго губернатора о состоянии оных подлежащия сведения и карты, сообразив их с состоянием и местным положением, по удобности, признал оставить существующими города, из прежде состоящих в Симбирской губернии: губернский Симбирск, уездные: Ставрополь, Самару, Сызрань, Карсун, Алатырь, Курмыш и Буинск, да из вновь присоединенных Саранск и Инсарск; Сенгилеев же и Ардатов, которые доселе по Симбирский губернии существовали, равно из присоединенных — Шешкеев, который по распоряжению Саратовскаго губернатора уже уничтожен — упразднить, росписав оные, по удобности, к другим уездам". Сенат с предположениями тайнаго советника Толстого согласился (Полн. собр, зак., т: XXV, ст. 18482.), но тем не менее, Симбирская губерния, в таком составе, просуществовала недолго, так как Пензенская губерния была вскоре же возстановлена, а города Ардатов и Сенгилей, хотя и были обращены в заштатные, но уезды их вновь образованы указом от 24 апреля 1802 года (Там же, т. XXVII, ст. 20245). Затем, с 1 января 1851 года штаты Симбирской губернии несколько изменились: два уезда — Самарский и Ставропольский — были отписаны от Симбирский губернии и вошли в состав вновь образованной тогда Самарской губернии.

Переименование Симбирскаго наместничества в губернию хотя и не увеличило прав города, но несомненно подняло его значение, как центра административнаго, гражданскаго, военнаго, а затем и духовнаго управления нашего края и помогло развитию в нем общественной деятельности и торговли, в чем легко убедиться при разсмотрении современнаго состояния города Симбирска. В 1799 году Император Павел признал необходимым произвести во всей империи сенаторскую ревизию и для сего, указом от 6 октября того же 1799 года, поручил Сенату избрать из своей среды сенаторов "для объезда и осмотра, по всей Империи всего принадлежащаго до гражданский части, дав оным сенаторам в предмет три пункта: 1) о течении по присутственным местам правосудия, 2) о внутренней полиции и

3) о поборах, лихоимству столь свойственных". Сенат разделил все губернии на 8 частей и в каждую часть избрал по два сенатора. В 6 часть вошли губернии: Воронежская, Симбирская, Саратовская и Астраханская, а сенаторы — тайные советники Неплюев и фон-Визин. 1 декабря 1799 года Государь утвердил составленное Сенатом распределение губерний, а также выбор сенаторов и сем последним выдана была подробная инструкция на приведенные выше "три пункта" (Полн. собр. зак., т. XXV, ст. 19139 и 19212.). О пребывании в Симбирске сенаторов Неплюева и фон-Визина и о результатах их пребывания здесь — не сохранилось никаких сведений.