Назад
На главную страницу

Гуркин В. А.

Симбирский Спасский девичьий монастырь

От составителя

Недавно, будучи в гостях у родственников, я обратил внимание на старинную икону Святителя Николая. Оказалось, что эту икону тетя Лида хранит как память о своей двоюродной бабушке Екатерине, доброй и отзывчивой женщине. Бабушка Катя (Екатерина Дмитриевна Декалина) была одной из последних сестер-монахинь Симбирского Спасского женского монастыря. После его закрытия в 1920 году она, вместе с другой монахиней (Фокиной Анастасией Степановной), купила небольшой домик на улице Степана Разина, где и жила тихой уединенной жизнью, заботясь о детях своих братьев и сестер. Для родных и близких было полной неожиданностью и потрясением, когда пожилую женщину арестовали в декабре 1937 года. Племянница пыталась узнать о ее судьбе, но ничего определенного в ответ так и не услышала. И лишь теперь стало известно, что Екатерину Дмитриевну в числе 78 человек духовенства и верующих мирян обвинили в участии в несуществующей «областной  контрреволюционной организации», якобы ставившей своей целью вооруженное свержение Советской власти

... 70 человек приговорили к расстрелу, а восьмерых  к 10 годам заключения.  В книге протоиерея В. Дмитриева «Симбирская Голгофа» можно прочитать, что 15 осужденных, проходивших по этому делу, были расстреляны в Ульяновске 21 января 1938 года, а 17 февраля были расстреляны и остальные 55 человек, в число которых входила и бабушка Катя. За что их расстреляли? Да только за то, что кротко и терпеливо старались следовать заповедям Христа, стремились любить ближнего и нести свет этой любви другим людям. То, что монахини действительно проявляли удивительную кротость и терпение, может свидетельствовать удивительная переписка, хранящаяся в Государственном архиве Ульяновской области, и проливающая свет на драматическую историю закрытия Спасского женского монастыря в 1920 году, приводимую далее.

В частности, монахини написали письмо Ленину и получили ответ с резолюцией управделами Совнаркома В.Д. Бонч-Бруевича от 11 мая 1920 г. и председателя ВЦИК М.И. Калинина с просьбой к местным властям внимательно разобраться в этом вопросе и поддержать просьбу монахинь об организации в монастыре трудовой артели. Тем не менее, в монастырь монахинь  уже не пустили, поскольку он был занят под другие цели – здесь был организован концентрационный лагерь. (см. Чуканов И. Симбирские концентрационные лагеря / Симбирский курьер от 08.07.1997 № 79). В конце 1920 года президиум губисполкома разрешил использовать «для нужд лагеря малую церковь женского монастыря… для заключения арестованных на срок не менее 5 лет».

У священника А.П. Смирнова, бывшего в то время узником этого лагеря есть воспоминания о том, как ему пришлось переживать Страстную неделю и встречу Пасхального Воскресения: «Приходилось лишь только из-за проволочных заграждений краешком уха слышать это богослужение через раскрытую входную дверь монастырского храма... В великие дни Страстей Христовых я был на принудительных работах: рыл канавы, поднимал тяжелые камни для памятника Карлу Марксу, чистил паровозы, облепленные грязным мазутом и т. д. и т. д. В той или иной мере эта была живая действительная пассия в моей личной жизни.... Я всегда жил от Пасхи до Пасхи. В часы литургийной молитвы пред Престолом при открытых Царских вратах испытывалось великое огромное счастье... И боязно было подумать, что когда-нибудь в эту святую ночь придется быть вне храма... Но это сбылось... Пасху я встретил вне храма. Видел крестный ход, слышал начало утрени, а затем очутился в запертом здании и у открытого окна воспринимал поэзию пасхальной ночи в еле долетающих до слуха песнопениях, в мерцающих звездах, в звоне колоколов, в возглашении петела и в умной молитве к Победоносно Воскресшему Страдальцу Христу. В эту ночь я поднялся на значительную высоту духовных лишений...». ("Мои узы за Христа" Симбирские епархиальные ведомости. 1994, № 2. С. 42)

Концлагерь вскоре после окончания гражданской войны был закрыт и часть монахинь смогла вернуться для проживания в монастырь, однако большая часть бывших жилых помещений было отдано рабочим патронного завода.

После закрытия монастыря еще почти 10 лет действовала церковь во имя Иверской иконы Божией Матери, однако этот, «по величине и благолепию один из лучших храмов Симбирска» был разрушен в тридцатые годы, как и большинство остальных храмов. Уничто жались храмы, уничтожались активно и последние участницы духовной жизни женского монастыря. Часть монахинь, включая последнюю настоятельницу – игуменью Анфию (Лютикова Анфия Андреевна) – были сосланы на разные сроки в начале 30-х годов, другая часть была расстреляна в 1938 году. В Книге Памяти жертв политических репрессий, выпущенной Ульяновской прокуратурой, перечислены имена 72 бывших монахинь, репрессированных на территории области. Судьбы многих сосланных в ссылки и в лагеря остается неизвестной.

Благодаря усилиям сестер-монахинь Комаровского Михаило-Архангельского женского монастыря и  их добровольных помощниц сейчас понемногу происходит возрождение жизни в бывшем игуменском корпусе старейшего в городе монастыря. Будем надеяться, что люди, собирающиеся здесь, смогут нести в себе свет христианского милосердия, который в свое время безропотно и терпеливо несли последние сестры Симбирского Спасского женского монастыря.

На фото: справа Декалина Екатерина Дмитриевна, слева Фокина Анастасия Степановна. Фотография начала 1900-х годов (из архива Евентьевой Л.А.).

История закрытия Симбирского Спасского женского монастыря

О первых годах существования Симбирска мы знаем очень мало, однако, почти все историки сходятся во мнении, что почти в одно время с основанием Симбирского кремля начинает строиться и Симбирский Спасский женский монастырь.  

Монастырь изначально занимал территорию, которая ограничена современными улицами: Бебеля, Советской, Маркса и Пожарным переулком.  В монастыре в 1691-1696 гг. был построен Спасский собор и храм во имя Иверской иконы Божьей Матери (в 1861-1870 гг.). С историей монастыря было связано много замечательного в жизни Симбирска. Здесь была открыта одна из первых в городе больниц, организована богадельня и училище для девиц-сирот из духовного звания, в ограде монастыря существовало кладбище, где кроме монахинь были похоронены некоторые губернаторы, почетные граждане и усердные прихожане. Монастырь посещали члены императорской семьи (в 1837 году – Александр). Более подробно историю монастыря можно прочесть в работе К. И. Невоструева. Кроме этого в приложении приводится список монашествующих Спасского монастыря на 1915-1917 гг..

В госархиве Ульяновской области хранится уникальная переписка, проливающая свет на драматическую историю закрытия Спасского женского монастыря в 1920 году (ГАУО, ф. 200, оп. 2, д. 520, лл. 518-530).