Назад На главную страницу

С. И. Бараш

История неурожаев и погоды в Европе. (Выдержки)

>... Весь XV в. в климатологии относится к малому ледниковому периоду. Как известно, в этот период средняя годовая температура понизилась на 1 — 1,5°С. снеговая линия в горах Центральной Европы опустилась на 200 м, длина вегетационного периода сократилась почти на три недели. Похолодание климата сопровождалось повышением влажности...

... Среди эпидемий, когда-либо поразивших человечество, пандемия чумы в Европе в XIV в. занимает исключительное место. Это была самая грозная пандемия из всех описанных в истории человечества. Оглушительно разразилась она над миром и была величайшим бедствием народов, оставившим неизгладимый след в памяти людей не только в XIV столетии, но и у их потомков на многие века. Современные исследователи указывают, что в Европе с незапамятных времен существовали природные очаги чумы. По их мнению, причиной распространения пандемии чумы в XIV в. было широкое освоение человеком больших массивов степей. Не исключено, что болезнь была занесена в Европу из Азии.
Известно, что на территории Руси в Причерноморье вымерли бесчисленные племена татар и сарационов от неожиданной и необъяснимой болезни. Огромные пространства земли на юго-западе Руси опустели, наиболее населенные города обезлюдели в устьях Дона, в отдельных районах Поволжья, на Кавказе, по побережьям Каспийского, Черного и Азовского морей.

Наиболее достоверные сведения о начале эпидемии чумы в XIV в. на Руси находим в Воскресенской летописи, где мор датируется 1346 г. «Того же лета казнь бысть от бога на люди под восточною страною на город Орначь (при устье р. Дона), и на Хазторокань, и на Сарай, и на Бездежь (рукаве Волги), и на прочие грады во странах их; бысть мор силен на Бесермены (Хивинцы) и на Татары и на Ормены (армяне) и на Обезы (абхазцы), и на жиды, и на Фрязы (генуэзцы и венециане в Причерноморье), и на Черкасы, и на всех тамо живущих, яко не бе кому их погребати». Эпидемия была такой сильной, что живые не успевали погребать мертвых. Год неурожайный, голодный. Чума на Руси свирепствовала еще много лет.
... Во время второй чумной эпидемии в XIV в. в Европе от «черной смерти» погибли 15 млн. человек, или 1/5 часть населения континента. После окончания «великого переселения» народов опустошения от чумы были столь велики, что потребовалось 120 лет для того, чтобы численность населения в европейских странах достигла прежнего уровня...

... — Зима 1387 г. на Руси была неустойчивой, весна—дождливой, лето — избыточно влажным. «Того же лета бысть поводь велика в реках от великих дождей». Осенью были ранние морозы: «Тоя же осенью быша мразы велицы, и реки и озера сташа и снег паде». Чрезвычайный неурожай от избытка влаги был на Руси; повсеместный голод. В Смоленской земле свирепствовала чума; в Смоленске погибло все население. В живых осталось только пять человек: «Только выйдоша из города 5 человек, город затвориша». По данным Никоновской летописи, в живых осталось 10 человек. Как считает С. Н. Румянцев, человек вероятно обладали наследственным иммунитетом против чумы, поэтому они не погибли от «черной смерти». Летописцы же, обычно беспристрастные, отмечали, что в одних городах погибало почти все население, а в других — большая часть жителей оставалась в живых. Последних, видимо, и спасал наследственный, или так называемый конституциональный иммунитет.

— Зима 1388 г. на Руси была холодной, многоснежной, весна — избыточно влажной, многоводной. «Toe же весны бысть поводь велика в реках». Лето было избыточно влажным, осень — дождливой. Об этом повествует и Никоновская летопись. На северо- западе Руси с начала сентября шли непрерывные дожди. После 17 сентября «паде снег и быша мразы и студень велика». В Новгороде осенью в конце октября был сильный шторм. «В лето 6896... той же осени, месяца октябрь, в 26 в полунощи въздвижеся угъ ветер и внесе лед в Волхово из озера». С 14 декабря по 14 января 1389 г. наблюдались сильные морозы. В 1388 г. эпидемия чумы распространилась на Псков и Новгород: «А в Пскове бысть мор, на мясной недели, и в великое Говение, о через всю весну, и в Петрово говение, а знамение быть ово железою, ово хракъ кровию». Год неурожайный, чумной и голодный.

— Зима 1388/89 г. на Руси была суровой, морозной, снежной. «Тоя же зимы от Николина дни (6 декабря) и до Крещения (6 января) быша мрази велицы безпрестани, и бысть нужа (лишения) велия и человеком и скотом». Весна была прохладной, многоводной, лето — засушливым. В июле в Москве был пожар, сгорела значительная часть Кремля. Осень была дождливой. На Черном море в течение 9 дней свирепствовал жестокий шторм. В 1389 г. чума по-прежнему свирепствовала в Псковских землях: «Бысть же мор в Пскове, якоже не бывал таков: где одному выкопали грот (могилу) ту пятеро и десятеро голов един грот вложиши». Неурожайный, голодный, чумной год.

— На Руси зима 1390 г. была неустойчивой, с оттепелями, весна — холодной. В апреле наблюдался возврат холодов. Лето было очень засушливым. В Москве был пожар: «сгоре дворов несколько тысяч». В Новгороде вспыхнула эпидемия чумы: «мор же бысть силен зело»... Среднеурожайный год.

— Зима 1391 г. на Руси была холодной, суровой. «Была зима студена, яко мнозем человеком измерзати и издыхати, не только человеки, но и скоты». Погибли озимые. Весна была маловодной, лето — сильно засушливым. Горели леса и торфяники. Большие пожары наблюдались в Новгороде. Неурожаи были от гибели озимых и яровых.

— Зима 1392 г. на Руси была суровой, весна — маловодной, лето — умеренно засушливым. Среднеурожайный год.

— Зима 1393 г. на Руси «бысть студена велми, и мрази нестерпимы, и множества без числа людей и скот изомроша». Погибло много людей и скота. Озимь погибла. Весна была маловодной, лето — засушливым. Неурожайный, голодный год.

— Зима 1394 г. на Руси была очень суровой: «... яко человеци и скоти умираху». Погибли озимые. Весна была многоводной. Наблюдались сильные наводнения. «Тою же весны бысть поводь велика повсюду». Лето и осень были засушливыми. В Новгороде от засухи сгорели часть Детинца, много улиц вокруг него и две деревни. Местные недороды от гибели озимых и яровых культур.

— Зима 1395 г. на Руси была неустойчивой, малоснежной, маловодной, лето — увлажненным, дождливым на северо-западе и северо-востоке Руси. Сильные пожары были в Новгороде: «Загореся в неделю порану от грому, как нача торг сниматися..., с огнем ветер силен и погоре весь град». Большой пожар был в Москве и Твери. В Москве «пожар бысть велик зело». Сгорело несколько тысяч дворов. В Твери в середине августа сгорел «... Новый Городок Тверской на Волге на реке на Старице». Местные недороды.

— Зима 1396 г. на северо-востоке Руси была морозной, снежной, весна — многоводной, лето — умеренно засушливым. В Новгороде был сильный пожар. Осень была дождливой. В Тверской летописи сообщается о грозе в конце декабря в Москве: «был гром, а туча от полуденной страны». Среднеурожайный год. По сообщению Никоновской летописи, осенью 1396 г. татары осадили Москву, но через две недели сняли осаду из-за эпидемии чумы и эпизоотии, разразившихся в войске татаро-монголов: «Toe же осени бывшу царю Темир Аксаку на Ординских местах... прииде на него гнев божий... мор силен на люди и на скоты».

— Зима 1397 г. на Руси была неустойчивой, малоснежной, с оттепелями, весна — маловодной, лето — умеренно теплым, но влажным. От сильного пожара сгорела значительная часть Новгорода. Среднеурожайный год.

— Зима 1398 г. на Руси была исключительно суровой, многоснежной, весна — многоводной, лето — засушливым. В Новгороде был сильный пожар: «Тот лют бяше пожар с вихром, огнь по воде горя хошаже». Погибли озимые на северо-западе и северо-востоке. Местные недороды.

— Зима 1399 г. на Руси была суровой, многоснежной. Погибли озимые. Весна была многоводной, лето — умеренно засушливым. Местные недороды.

— Зима 1400 г. на Руси была аномально суровой, многоснежной, весна — многоводной, лето — засушливым. В Новгороде был большой пожар. Осень была дождливой. В Пскове осенью наблюдалась сильная буря. Местные недороды от, засухи и гибели озимых.

— Зима 1401 г. на Руси была ранней, морозной, весна — неустойчивой, лето — умеренно засушливым. От пожаров сгорели Москва и Смоленск. Осенью наблюдалось северное сияние: «От полуноща и до свети... явились огненные столпы, а конец их вверху яки кровь». Год был среднеурожайным. В Смоленске осенью вспыхнула эпидемия чумы.

— Зима 1402 г. на Руси была ранней, суровой, холодной и малоснежной: «А сей зимы ездиша чрез Волхово на конех от Юрьева дни (18 октября 1401 г.) до марта месяца». Погибли озимые. Весна была маловодной, лето — увлажненным. Местные недороды. В Смоленске продолжалась эпидемия чумы.

— Зима 1403 г. на северо-западе Руси была морозной, суровой, малоснежной, весна — маловодной, засушливой. «В лето 6911 бысть весне вода суха рьли (вспаханные поля) все сухи быша». Псковская I летопись подтверждает: «Того же лета бысть сухо вельми, а хлеба много бог дал». Последнее замечание летописца примечательно. В засушливое лето, когда пересыхали реки, неурожай зерновых и пропашных культур с учетом культуры земледелия того времени был неизбежен. Вместе с тем рискованно делать поспешные заключения о неурожае по общим неблагоприятным климатическим условиям летнего периода, так как многое зависит от запасов влаги в почве и от сроков наступления засухи. Имеется также летописное указание о том, что «бысть Волхове вода суха, и вси рии (поля) сухи быша». По данным Г. И. Швеца «...того же лета бысть сухо велмы». Все летописные данные свидетельствуют о засухе на северо-западе и юго-западе Руси. Однако в Пскове год был урожайным. Это надо признать как исключение. Никоновская летопись, видимо, сообщает о весенне-летней засухе более крупного ареала: «Тоя же весны засуха бысть и вода отнюдь мала зело и рвы (реи, поля) все сухи быша».. Такая засуха не могла быть локальной. Вероятно, на Руси год, был чрезвычайно засушливым. Местные недороды яровых были неизбежными. В 1403 г. чума поразила Псков: «Был в Пскове мор железою,... пришел мор от немец из Юрьева».. Осень этого года была засушливой. В Новгороде был большой пожар, сгорел Словенский конец города. В марте 1403 г. на западе была замечена комета; 19 октября наблюдались ложные солнца: «Явишася яки три солнца, от них же исхожаху лучи сини, зелены, багряны, яки дуга,... явися крест велик зело посреди луны и стояв полчаса».

— Зима 1404 г. на Руси была неустойчивой, мягкой, бесснежной. В Троицкой летописи указывается: «В лето 6912... зима была вся без снегу, а разводие (разлив) было до великого говения (февраль)...». Весна была маловодной, лето — избыточно влажным, дождливым. Однако не во всех регионах были недороды от избытка влаги. В Псковской I летописи указывается: «В лето 6912... бысть много дождевья велми, наполнишася реки аки весне; а хлеба бог умножи. В других местах такое дождливое лето обусловливало недород и сопровождалось голодом. В Никоновской летописи говорится о большом пожаре в Новгороде. Местные недороды от избытка влаги. В Пскове год был урожайным.

— Зима 1405 г. на Руси была суровой, бесснежной. Аму-Дарья замерзла на 4—5 месяцев. Весна была ранней, маловодной. Реки вскрылись в марте. Лето было избыточно влажным. С конца июня до августа наблюдались сильные дожди: «Того же лета в Петрово говение, бысть дождя много, и наполнишася источници и реки и озера аки весне». Большой пожар был в Новгороде. Сгорели Людин конец и значительная часть Детинца. Погибли 36 человек. Неурожайный, голодный год.

— Зима 1406 г. на Руси была морозной, холодной, весна — маловодной. «Иде лед силен из озера Ильменя (в Волхов)». В Нижнем Новгороде «бысть буря велика и вихор страшен зело». Вихрем подняло в воздух упряжку вместе с лошадью и человеком и унесло на другой берег Волги, где на следующий день нашли телегу, висящую на высоком дереве, лошадь погибла, человек пропал без вести. Сгорел весь Псков. В Новгороде Великом 25 июня был пожар. Осень была дождливой: «Тоя же осени бысть дождя много». Такая неустойчивая погода не могла обеспечить даже средний урожай. Местные недороды. Эпидемия чумы была в Новгороде и Пскове и его пригородах: «...бяше мор над людьми».

— Зима 1407 г. на Руси была холодной, многоснежной, весна — многоводной, лето — влажным, с наводнениями. Наблюдалось нашествие вредителей: «Того же лета бяше... дождевно велми и поводь всюду. Того же лета червь окрылатев, идяше от востока на запад и пояде древо и посуши жито». Дожди охватили всю юго-западную Русь, особенно бассейн Днепра. В 1407 г. дороговизна была в Пскове, где платили «за овсяную зобницу (кадь) по гривне, а ржи по три меры (четверика) за полтыну, а соль по гривне». Дороговизна имела место и в других землях. Неурожайный, голодный год.

— Зима 1408 г. на Руси была очень суровой, морозной, холодной, многоснежной. «Toe же зимы снег велик был до шти пядей (около метра), а на ту весну поводь велика; за 20 лет старии памятухи не запомнят толь великия». Весна была многоводной. Большое половодье наблюдалось в бассейнах Днепра и Волги. Значительная часть Твери была залита водой, на плотах ездили в церковь. Лето было чрезвычайно засушливым. Горели леса и болота, дымилась земля: «В лето 6916, июня 21 бысть пожар велик в граде Ростове, множество церквей сгоре... и дворы княжи и боярские и прочих людей с многым товаром погореша; ведрено бы велмы тогды, еще к тому же буря, и вихор велик зело; много же людей погоре, боле тысячи душ, такова пожара велика в Ростове не бывало за двести лет». После засухи 22 августа были заморозки. Наблюдалось нашествие саранчи. Чрезвычайно недородный, голодный год; дороговизна. В 1408 г. наблюдалась новая вспышка легочной формы чумы: «Мор каркотою по всей Русской земле и множество христиан изо-мроша от глада и мора». В Пскове чума свирепствовала и в предыдущем году: «Мор велик зело»

— Зима 1409 г. на Руси была суровой, морозной, многоснежной, особенно на юго-западе, северо-западе и северо-востоке; «многое множество христиан этой зимой погибло от голода и замерзли». Неурожайный, голодный год; дороговизна.

— Сведений о погодных условиях 1410 г. на Руси очень мало. Зима была морозной, многоснежной, весна — многоводной, лето — избыточно влажным, осень — очень дождливой. «В ту же осень о Дмитриеве дни (6 октября) бысть вода велика в Волзе и в всех реках, якоже и весне». Среднеурожайный год.

— Зима 1411 г. была холодной и снежной, весна — многоводной, лето — умеренно теплым, среднеувлажненным. Среднеурожайный год.

— Зима 1412 г. на Руси была морозной, суровой, малоснежной, весна — маловодной, лето — засушливым, а на северо-востоке и юго-востоке— чрезвычайно засушливым. «В лето 6920 (1412 г.) меженина (засуха) бысть в Новгороде Нижнем». В конце лета и осенью на Руси были обильные дожди, обусловившие высокое половодье: «Того же лета бысть поводь в Оспожино говение (конец августа), вода велика во всех реках». В 1412 г. Русь охватил сильный голод из-за засухи и последовавшего неурожая хлебов, что привело к гибели множества людей. В августе засуха сменилась проливными дождями. Все летописи констатируют, что в конце лета наблюдался необычайно сильный подъем воды в реках Русской равнины. Осень была холодной, ненастной. Местные недороды, дороговизна. Неурожайный год.

— Зима 1413 г. на Руси была очень суровой. На северо-западе, юго-западе и северо-востоке сильные морозы и снегопады продолжались более полугода. Погибли озимые. В России и Литве была такая сильная стужа, что от холода погибали люди. Весна была многоводной, лето — сильно засушливым. Горели леса и болота. Большие пожары наблюдались в Костроме и Твери. Недород яровых от засухи. Неурожайный год.

— Зима 1414 г. на Руси была необычайно суровой, особенно на северо-западе и северо-востоке. Сильные морозы и снегопады продолжались 17 недель. Погибли озимые культуры. Весна была многоводной. В Новгороде и Твери 12 апреля наблюдалось гало: «Бысть круг велик около солнца». Летом сильная засуха охватила всю Русскую равнину. Горели леса и болота. Большой пожар был в Новгороде в Неревском конце. Сгорело 13 церквей и много улиц. Засуха сопровождалась сильными грозами. В Никоновской летописи неоднократно сообщается, что «бысть засуха велия», «громы велицы и страшны зело». Кроме того, все летописи свидетельствуют о необычной болезни, ранее не упоминавшейся. «В год 6922 (1414 г.) бе болезнь христианом тяжка зело, костолом по всей земле Русской». Некоторые исследователи считают, что это была не чума, а грипп. Недород от засухи. Голодный год.

— Зима 1415 г. на Руси была холодной, малоснежной, весна — ранней, маловодной. «В лето 6923... Бысть весна рано; до Благовещеньева дни (25 марта) за неделю на Волзе кра (лед) прошла вся». Лето было очень засушливым. Горели леса и торфяники. Горели от пожаров Москва, Смоленск и Тверь. «В лето 6923... Москва погорела град и Смоленск». Наблюдалось обратное течение Волхова и других рек. Обратное течение Волхова наблюдалось вскоре после спада весенних вод, в течение 5—9 дней и повторялось обычно несколько лет подряд. Это явление наблюдалось в природе только в очень засушливые годы и вызывало суеверный страх. После 1525 г. это явление в летописях не упоминается, по-видимому, из-за усыхания Ладожского озера. Осень была теплой, начало зимы — мягким. Летом (16 июня) наблюдалось затмение солнца. Недород от засухи.

— Зима 1415/16 г. на Руси была неустойчивой, снежной и морозной. Волга замерзла 2 января: «Той же осени Волга ледом замерзла в канун Рождества Христова». Весна была многоводной, лето — умеренно увлажненным. Среднеурожайный год.

— Зима 1417 г. на Руси была очень суровая, снежная. «В лето 6925... тое же зимы мнози людие от мраза изомроша; студено бо была зима — велми». В некоторых районах погибли озимые. Весна была многоводной, лето — умеренно засушливым. На Руси свирепствовала легочная и бубонная чума. В Никоновской летописи говорится: «В лето 6925 (1417 г.)... мор бысть страшен зело на люди в. Великом Новгороде, и во Пскове, и в Ладозе, в Русе, и в Порхове, и в Торжке, и в Твери, и в Дмитрове, и по властем и по селам. И толико велик бысть мор, яко же живии не успеваху мертвых погребати... и многа села пусты бяху, и во градех, и в посадех, и едва один человек или детище живо обреташеся... и быша дворы велицыи и силнии пусты...». Эпидемия была страшная: многие дворы опустели, в некоторых остались в живых два, а в иных ни одного человека. В Новгородской летописи сообщается: «В лето 6925... како могу сказати беду ту страшную и грозную, бывшую в сей мор... на всяк день умираху толко, яко не успеваху погребати их...». При сравнении летописных описаний эпидемии чумы на Руси в 1417 г. можно сделать вывод о точной географии ее распространения и достоверно восстановить клиническую картину болезни. Эти описания настолько схожи, что можно предположить существование в XV в. уже специальной медицинской терминологии [36]. Неурожайный, чумной, голодный год.

— Зима 1417/18 г. на Руси была суровой. Много людей замерзло. Погибли озимые. Весна была многоводной, лето — умеренно увлажненным. Неурожайный год. Голод начался с весны 1418 г.

— Зима 1419 г. во всех землях Руси была морозной, многоснежной. Зимой была эпидемия в Киевской земле. Весна была многоводной, дождливой. В Новгороде 18 апреля была сильная гроза: «Бысть буря велия с вихром сильным, и туча страшно зело с дождем и с градом великим... и бысть вода всюду многа». Наблюдался ураганный ветер с дождем и необычайно крупным градом. Лето было засушливым. Горели леса и болота. Большой пожар был в Новгороде, где сгорели Славянский и Плотничий концы. Летом в отдельных районах были заморозки. Вследствие засухи, заморозков и дождей погибли яровые культуры. С этого года в течение 20 лет было 9 значительных неурожаев, а пять из них непрерывно следовали один за другим в 1419, 1420, 1421, 1422 и 1423 гг. Если последние три носили на Руси повсеместный характер, то недороды 1419 и 1420 гг. наблюдались на северо-западе, северо-востоке и юго-востоке, в частности в Новгородской земле, в Костроме, Ярославле, Галиче, Плесе и Ростове. Погибли рожь и яровые хлеба. Из-за неурожая всех зерновых на северо-западе в 1419 г. началось массовое переселение в Литву. Год неурожайный, голодный.

— Зима 1420 г. на Руси была суровой и снежной. «Того же лета на зиму была люта зима; были морозы три месяца поряду». Погибли озимые, а на юго-западе — все зерновые культуры. Замерзло Черное море. Весна была многоводной, лето — очень засушливым. Летом 15 июня выпал снег: «Снег паде на Никитин день 6 июня и иде три дни и три нощи, и паде его на четыре пяди, и потаял, и всяко жито под снег полегло, и не бысть кому жати, люди от мора померли» Это же сообщение некоторые исследователи относят к 18 июня, 21 августа или даже к 4 октября. Зима была ранняя, с сильными морозами. Было необычайно холодно. Затем внезапно наступила оттепель, сошел снег. Согласно Новгородской летописи, 10 декабря в 9 ч. вечера в Твери наблюдалось сильное полярное сияние — возле луны стоял светлый столб от земли до неба. Местные недороды. Чрезвычайно неурожайный, голодный год. Сильнейшая эпидемия, как предполагают, сыпного тифа, поразила русские земли в 1419—1420 гг. В 1419 г. она вспыхнула в Киевских землях, в 1420 г. — опустошила Киев, Переславль, Псков, Ярославль, Суздаль, Галич, Ростов, Кострому и другие города и селения. Не обошла она и Москву. Из-за высокой смертности среди земледельческого населения, некому было убирать даже тот скудный урожай, где он удался несмотря на засуху. «Стояше жито на нивах пусты, жати некому... и бысть глад по великому том мору и мало людий во всей русской земле остася от мору и от меженины» (засухи). «В лето 6928 мор бысть силен на люди, почался на Успение святыя Богородица (28 августа)... и тако вымроша, яко и жита бе жати некому. Голодный год.

— Зима 1421 г. на северо-западе Руси была необычайно мягкой и многоснежной. Но есть данные, что на северо-востоке русской земли зима была очень холодной, морозной: «Быша мразы велице зело». В целом «В лето 6929 зима бысть снежна велми, и потом на весну бысть вода велика и сильна». Весна была многоводной, дождливой, 30 апреля необычайно высокое половодье наблюдалось на Волхове. Это наводнение новгородцы сравнивали с всемирным потопом. В Новгороде 28 мая была сильная гроза; 3 июня гроза сопровождалась чрезвычайно редким явлением — каменным дождем. «Тоя же весны, в Петрово говение, мая 25 бысть в Новгороде в нощь найде туча дождевая страшно зело, и падаш с дождем камение аки яблока, а иное аки яйца, а в Пскове в ту же нощь, видиша облака огненная; и бысть все лето дождево и вода велика». В эту ночь гроза была в Пскове. И. Е. Бучинский полагает, что каменный дождь с сильным грозовым ливнем — есть не что иное, как большое падение медленных метеоритов. Метеорный след в виде тучи продолжался почти до рассвета. Лето было избыточно влажным. «Бысть все лето дождево и вода велика». Осень была дождливой, холодной. В сентябре наблюдались сильные морозы, а в середине месяца выпал снег, который шел два дня и две ночи. Потом начался ураган и вновь похолодало. Оттепели чередовались 138 с морозами. Урожай погиб. Начался голод. Местные неурожаи на Руси от избытка влаги и голод. В Новгороде 17 сентября 1421 г. началась эпидемия легочной чумы: «Поча бысть болезнь коркотная». Однако Н. К. Васильев и А. Е. Сегал об этом случае не упоминают. Очень голодный год, причем голод был отмечен в Новгороде еще в мае: «Тогда же глад бысть в Новгороде». Сильный голод и дороговизна были по всей русской земле в течение трех лет.

— Зима 1422 г. на Руси была суровой, многоснежной. Морозы держались три месяца. В Никоновской летописи об этом сказано так: «бе бо зима студена велми». Замерзло Балтийское море. Озимые на северо-западе погибли. Весна была многоводной. Что касается характера лета, то о нем исследователи пишут по-разному. В. М. Пасецкий указывает, что оно было засушливым. М. А. Боголепов считает, что до 1430 г. пожары лесов и болот в летописях не фиксировались. Он полагает, что лето 1422 г. было избыточно влажным с летними заморозками. Этой точки зрения придерживается и Г. И. Швец, который считает, что лето было многоводным. Возможно, что где-то на северо-западе лето было в некоторых местностях засушливым, так как об этом имеются сообщения в Псковских летописях. В Софийской I летописи написано, что «того же лета Москва город погоре, месяца август в 18». Москва загорелась в полночь, а «назавтре о полудни преста гореть». Причина пожара неизвестна. Чрезвычайно неурожайный, голодный год. Повсеместный неурожай 1422 г. был настолько опустошительным — и это отмечают все летописцы — что голод этого года по силе и распространению был равным недородам и голодам 1128—1130, 1229—1230 и 1601—1603 гг. «В лето 6930 (1422 г.)... бысть глад велик по 3 годы: и преже в Новгороде и по всем их волостем, и на Москве и по всей Московской и по всей Тверской Земле». Эти бедствия в Софийской 1 летописи описаны с еще большей выразительностью: «Глад бысть силен по всей Земли Русской, на Москве..., на Костроме..., в Новгороде Нижнем... и мор бысть, с голоду всякую мертвечину ели...». С особенной скорбью этот голод описан в Никоновской летописи: «...глад бысть велик по всей Земле Русской... и мнози людие помроша з голоду, а инии из Русии в Литву изыдоша, а инии на путях с гладу и з студена помроша, инии же и мертвыа скоты ядаху, и кони, и пси, и кошки, и кроты, и люди людей ядоша...». Голод достиг апогея зимой 1422/23 г. «...на ту же зиму поча быти глад велик, и бысть три лета, люди людей еши, и собачину ели по всей Русской Земле; и на Москве оковъ (кадь) жита по рублю, а на Костроме по два рубля». В. Н. Лешков, отлично разбиравшийся в ценах и деньгах древности, указывает, что во время этого голода, длившегося три года, в Москве за оков ржи платили 1 рубль и 1 1/2 рубля, на Костроме — 2, а в Нижнем Новгороде — даже 6 рублей. В Пскове за зобницу ржи платили 70 ногат, жита — 50, овса — 30 ногат, а за полтрети зобницы ржи — полтину. Уместно напомнить, что просо, очень распространенная культура на Руси еще в X в., в XV столетии уже почти сходит на нет, а рожь — неизменно главный хлеб Руси-России (кстати, ее так и называли — хлеб), и летописцы, ужасаясь дороговизне зерна в голодные годы, указывают именно цену ржи. В ту зиму была необычайно высокая смертность среди бедняков, трупами которых в одном Пскове наполнили 4 скудельницы, а в Новгороде — «три скудельницы мертвых наметаша». Во всех летописях отмечается, что от людоедства и оттого, что ели всякую мертвечину, на Руси началась эпидемия. Вероятно, это была массовая желудочно-кишечная интоксикация, что в совокупности с голодом уносило десятки тысяч жизней.

— Зима 1423 г. была суровой, морозной, снежной, на северо-западе — очень суровой. Погибли все озимые культуры. Весна была неустойчивой, маловодной, лето — засушливым. «В лето 6931 бысть меженина (засуха) в Новгороде Нижнем». Засуха распространилась на все Верхнее, Среднее и Нижнее Поволжье. Видимо, сильная засуха охватила весь юго-восток Европейской России. Неурожай на Руси был повсеместный, голод чрезвычайный. Осень на северо-западе Руси была суровой, холодной. Балтийское море замерзло. «В лето 6931 г. (1423 г.) глад бысть силен в Русской Земли; з голоду умроша, по путем лежаще», — повествует Воскресенская летопись. «...в Ростовской же области люди ядуще, не могуще глад терпети, мнози же мертвыя мяса едоша, и конину, и псину, и кошки ядоща...». Голод был следствием неурожая всех последних пяти лет (1419—1423 гг.), но в последние три года неурожаи были повсеместными, а в 1423 г. — от жестокой засухи.

Три года подряд (1421 —1423 гг.) на Руси были очень голодными. По своей жестокости этот голод не уступал сильному голоду в XIV в. После этого последовало несколько благоприятных лет. Средний урожай на Руси был в 1425 и 1427 гг. Однако к началу 30-х годов бедствия возобновились.

— Зима 1424 г. на Руси была неустойчивой, снежной, в Литве — необычайно теплой. В январе и феврале цвели фиалки и сады. Весна была маловодной, лето — засушливым, особенно в Тверском княжестве. Местные недороды от засухи. В 1424 г. была новая вспышка чумы на Руси и в Западной Европе. «Того же лета в Немцех, и в Литве, и во Пскове, и в Новгороде, и во Твери, и на Москве, и по всей Русской Земле нача мор быти железою, и охрап 140 кровию, и умираху человеци и бысть туга и скорбь велиа по всей Земли». Новгородская летопись относит к этому году и эпидемию в Карелии: «И мор бысть в Корельской Земли». А Новгородская II летопись относит это событие к 1423 г. Неурожайный, голодный год.

В 1425 г. кончился многолетний голод. Год был урожайным. Хлеб в Пскове подешевел: за полтину можно было купить пять зобниц ржи. Сведений о погодных условиях этого года мало. Сильный пожар был в Новгороде. Сгорели Торговая сторона и весь Людин конец. В 1425 г. на Руси свирепстовала чума. Никоновская летопись свидетельствует, что «...во всех местах мор бысть велик зело... С Троицина днии мор велик бысть на Москве, а пришел от Немец в Псков, а оттоле в Новгород и до Тверь и на Москву доиде, и на всю землю Руськую...». Но главное, прекратился голод на русской земле.